В Испании

nasedkin


БЛОГ ВИЗУАЛЬНЫХ ОСКОЛКОВ

Иллюстрированный журнал Алексея Наседкина


Previous Entry Share Next Entry
Как моя Москва превратилась в Москву собянинскую
главная
nasedkin
GA8A0989.jpg

Вступление: "Осенью в дождливый серый день на работу проскакал московский мэр".

Написать это меня сподвигло очередное прочтение гениального "Лета Господня" Ивана Шмелёва и одна душещипательная история. Поскольку я москвич, разумеется, не мог пройти мимо такого. Да-да, это снова про то, как ничтоже сумняшеся экспериментируют и потешаются над моим родным городом понаехавшие столичные власти. Ну а ниже та самая история.




Мне 37. Я живу в этом городе столько, сколько живу на свете. Моя мама родилась на Арбате, в знаменитом роддоме Грауэрмана. Арбатские переулки так и остались нашим родовым гнездом. Эти ужасно глупо и стыдно — гордиться, но я горжусь. Это мой дом, и я его люблю. Я ходила этими булгаковскими тропами Булгакова, когда училась в школе, а потом узнала, что странная писательница Анастасия Вербицкая жила на моей улице. Я ходила этими белоснежно-кремовыми переулками, когда писала диплом — мой учитель жил на соседней улице, и смотрела, как бесшумный снег падает в свете оранжевых, как мандарины фонарей. Ужасно написано, я согласна — но эта картинка одна из самых красивых на свете, и я не представляю, как еще вам о ней рассказать. Я ходила тут чудесными весенними ночами, целуясь с будущим мужем — липовый дух лился сверху, с деревьев, перемешиваясь с Диззи Гиллеспи из открытых окон со старыми коричневыми рамами и кофейным духом. А еще мы исходили все Замоскворечье, бегая на концерты Алексея Айги в клуб ДОМ, и в результате в Замоскворечье результате и осели, меняя одну съемную квартиру за другой, да еще и родили дочь.

Я — миниатюрист. Это такая странная неожиданная для России профессия: я делаю кукольные домики. Множество деталей, включая молочные пакеты, цветы на окнах, подушки, лампочки и камины. Поэтому я уверена, что самое главное — это дом. Это улица. Это город, в котором ты живешь. Тебе должно быть в нем хорошо, cozy тебе должно быть в нем. А иначе — это не жизнь, а сплошной напряг. Когда именно началось нынешнее московское переформатирование, я, честно говоря, не уследила: беременность, крошечный ребенок, и вдруг я очнулась на Пятницкой в пыли и грохоте. И не просто очнулась: я увидела себя швыряющей в рабочих из окна детские пластмассовые формочки (они не долетали, ни один рабочий не пострадал). Я даже написала письмо Шумскому — про акварельную старинную улицу, про огни, про всю эту почти никому нынче ненужную чушь. Можно, я не буду рассказывать, что он ответил?.. Сегодня ничем, кроме шока, я свои бессмысленные письма объяснить не могу.

Москва, 2016. Резкая, ранняя осень. Выходишь на улицу, а там она. Плитка. Я ее очень не люблю. Она поджимает дома снизу, сплющивает их, как клоунские ботинки. Асфальт был прекрасным фоном — то серым, то черным, но неизменно строгим, не вылезающим вперед. А эти забавные ромбики, выложенные незатейливым рисунком, никак не хотят вписаться в город. Нам говорят, что это “как в Европе” — да нет, не может быть Москва как в Европе, тут город построен по другому принципу. Мы же знаем разницу. Мы понимаем.

Транспорт. Исчез троллейбус, уютно звякающий цепочками по мостовой, рассыпающий искры с рогов. Маршрут Б, превратившийся в автобус, это “стало обручальным нам Садовое кольцо”, разомкнул свои золотые объятия и принялся уезжать в сторону Лужников, оставляя негодующих пассажиров мерзнуть на остановках. Замоскворечье лишилось двух маршрутов, соединявших его с центром: 1 и 6. Без них очень грустно, очень. Замоскворецкие жители создали петицию, но, боюсь, не поможет. Это были очень “московские” маршруты, давнишние и уютные. Кому они помешали?

Магазинчики. Те, где мы знали, как зовут продавщиц, и здоровались с ними по утрам. Нет их, рассеялись, как будто и не было. А газетные киоски на Арбате? Ну газеты-то кому помешали? Или маленькие куколки, сборники кроссвордов? А мыльные пузыри? Город неумолимо менялся, искривляясь в пространстве-времени. Исчезало то, что составляло основу московского центрового быта. Вместо этого явились искривленные столбы с искусственными цветами и птицами и избушки, в которых пряник стоит никак не меньше трехсот рублей.

Из хорошего: нам сделали парки. Например, “Музеон”, и Парк Горького. Мама у меня, например, фанат “Сокольников”. В парках, правда, довольно кисло с туалетами, но мне в этом смысле повезло: ребенок — отличный ключ. Ребенка, по счастью, пускают в туалет даже в самые фешенебельные заведения. Парки, это, конечно, большой плюс, и за них — спасибо. Но до них надо добраться! Мимо, например, городских велосипедов, безмолвно вросших в ранний в этом году снег. Чего их не убрали-то? Проверяют на выносливость? А плитка, между прочим, зимой — скользкая. Может быть, мне кажется, но с асфальтом было как-то попроще.

Знаете, я не помню, как сносили Собачью площадку — я родилась уже после. Я не помню рынок и фонтан на Арбатской площади, хоть и снится он мне порой. Но я помню, как Старый Арбат превратили в пешеходный. Мне было восемь лет. Я помню забор, перекрывший улицу. А потом открылось то, что открылось. С фонарями. На улице был мой любимый магазин “Главбумсбыт” (о, какие там были карандаши!), “Детский мир” (нелюбимый, потому что только одежда, а не игрушки), магазин украинской книги, булочная (кстати, по-мАсковски надо говорить “булоШная”), магазин “Искусство” (лучший магазин с книжками про художников ever). До реконструкции, я имею в виду. “Арбат офонарел”, — грустно шутили старожилы. Раньше на Арбате можно было прожить всю жизнь, никуда не выезжая, а с открытием пешеходной улицы, мощеной розовеньким, нитки купить стало невозможно.

Но это было возможно как-то пережить: на новом Старом Арбате хоть и исчезло то, что было раньше, но зато появилась новая жизнь. Художники в синих джинсовых костюмах, музыканты с гитарами, торговцы ходячими Винни-Пухами и жвачками. Все это было очень шумно, неорганизованно и порой бесило, но зато было по-московски, эдакая площадь недалеко от гостиницы “Лоскутная” — хошь пироги тебе мясные, хошь конфекты со сливочной начинкою. В нынешних однотипных ярмарочных избушках для меня лично нет главного. Вот этой “лоскутности”. Не смогу объяснить понятнее.

“Не нравится — вали отсюда!” — с ходу заорала на меня тетка в автобусе Б, свернувшем в Лужники. И вы знаете, да. Действительно. Пусть валит уже эта тетка. Ну потому что я тут родилась. Это мой город.
Мы просто взяли — и выучились жить в этой новой, неуютной Москве. Не сразу, не во всем. Но мы учимся. Спасибо соцсетям, как это ни странно. Соцсети — удивительная штука. Благодаря им мы обретаем новый мир. Параллельный, почти никак, кроме как топонимически, не пересекающийся с реальным.

Мы научились покупать приличный сыр у друзей знакомых знакомых — а те почти уже научились его делать, и магазин у них такой cozy. И крафтовое пиво там отличное. Мы научились заказывать прекрасные торты на праздники у знакомых других друзей, потому что покупные стали невкусные, а эти вкусные, красивые и — cozy. Кофе отлично жарят те, вот помните — подружки знакомых подружки. Но что это это я все о еде? Мы организовываем благотворительные маркеты — с миру по нитке, с гаражными распродажами, собственноручно сделанными украшениями и собственноручно сваренным хумусом, приходим и покупаем все это друг у друга, собирая деньги на старушек в доме престарелых, у которых нет памперсов, и на детей в больнице, потому что квоты закончились.

У нас больше нет удобного транспорта? Не вопрос, мы нашли удобные кроссовки и начали бегать. С детьми, правда, бегать неудобно — но дети, во-первых, растут, а во-вторых, самокаты наше все. По-моему, ни в одном городе мира нет такого количества людей на самокатах. Одежда? О, а вот вы знаете, у меня знакомый шьет… Спина болит? Слушайте, моя подруга — гениальный массажист! Пока вот только с детскими занятиями не очень, а отдавать маленького ребенка в сад, где воспитатели больше похожи на неудачливых фашистских офицеров — не хочется. Гм, друзья, никто не хочет сделать что-нибудь детское?..

У нас нет денег на ипотеку, потому что метр квадратный стоит как шесть боингов? О’кей, мы снимаем раздолбанную квартиру в центре — со старыми паркетными полами. Мы выстраиваем параллельную реальность, встраивая ее в видоизменившийся город так, чтобы все вокруг оставалось cozy. Мы ставим на подоконники лампы с красивыми абажурами, мы вешаем на окна светящиеся гирлянды и якобы “забываем” снять их летом — беззвучный привет прохожим. И вот уже друзья друзей улыбаются, проходя мимо, потому что все про всех знают, где кто живет. Большая деревня — как была, так и осталась.

Мы ходим в бары, где уютно — потому что их делали такие же как мы, и почти не сердимся, когда подвыпившая публика высыпает под окна с хохотом в три утра — потому что они все равно такие же, как мы. Это великая сила — самоидентификация. Такие же как мы. Иногда постарше, чем мы, но чем дальше, тем больше нивелируется разница: у нас отличные родители, которые умеют справляться с “киндлом”, и вот мы уже закачиваем им Франзена, а потом ревниво проверяем, кто сколько прочитал.

Мы были влюблены в этот город, когда нам было по 17, по 25 и 30. Почему мы должны предать его из-за того, что он лег под нож неудачливого пластического хирурга, понатыкавшего ярмарочных избушек и искусственных цветов? Неужели он так мало для нас значит? О нет. Мы-то знаем тайные тропы, где нет “жутких розочек”, но есть золотистые прямоугольники окон, где кремовые стены старых московских домов и таинственные своды арок.

Москва сильная. Она и не такое переживала. Переварит. Пара шрамов, конечно, останется. Но в конце концов, она не виновата в том, что ее не умели сохранить. Что не стали пользоваться противовозрастным кремо, а принялись резать, подтягивая нос ко лбу (“Ну, во-первых, красиво!” — как в том анекдоте). Просто давайте ее любить. Даже такую. Не виновата она. Ну и понемножку делать жизнь вокруг — cozy. Оно работает, честное слово, работает.


Анастасия Томская.

ИСТОЧНИК



Пронзительный, замечательный текст. Как говорится, подписываюсь под каждым словом.


Я в социальных сетях:

         
Подписаться на обновления этого блога

ДОБАВИТЬ В ДРУЗЬЯ!


Recent Posts from This Journal

  • наседкин.жж.рф

    Рад приветствовать вас на страницах этого блога! Давайте знакомиться. Меня зовут Алексей Наседкин. Родился-вырос-живу-работаю в Москве. Врач,…

  • МИР БЕЗ ГРАНИЦ

    ОГЛАВЛЕНИЕ НЕКОТОРЫХ МОИХ ПУТЕШЕСТВИЙ: Россия Белоруссия Италия Китай Индия Германия Лихтенштейн Швейцария Чехия…

  • Возмутительный развод от имени "Пятёрочки"

    Как известно, ритейлинговая продуктовая сеть "Пятёрочка", помимо относительно низких цен на продукты и всевозможных заманчивых акций для…

  • Россиянам этот мост понадобится как дорога для отступления

    Пропаганда, она, как говорится - всем пропаганда. Соловьёв, Киселёв, Норкин, Петя Толстой и множество других, не менее отчаянных телевизионных…

  • Дышите полной грудью!

    Фото: Сергей Бобылев / ТАСС Только посмотрите, какая чудесная картинка. Глубокое синее небо, не нуждающееся ни в каких светофильтрах, парящие…

  • Дремучая гомофобная Россия

    Одна из распространённых точек зрения в России в отношении представителей секс-меньшинств - эдакий soft style. "Пусть они %№@$ друг друга сколько…

  • Наказание для Путина

    Ну что ж, подавляющее большинство дорогих россиян можно поздравить с долгожданным открытием так называемого Крымского моста (не путать с Крымским…

  • Холокост в СССР (факты)

    Сентябрь 1966 года, Бабий Яр. На стихийном митинге писатель Виктор Некрасов в ответ на реплику из толпы "Но здесь убивали не только евреев!",…

  • Русофобия в чистом виде

    Подмосковье, как известно, тоже развивается буйными темпами, при этом, как водится, беря у столицы наиболее яркие примеры того, как можно легко и…


Buy for 150 tokens
Buy promo for minimal price.

  • 1
Вот уникальная вещь у Шмелева. Местами сусальная, наивная, даже с поправкой на авторскую задачу, и все равно местами читается как высокая поэзия. А ведь еще было "Богомолье" и совсем иное по тональности "Солнце мертвых".

Да, "Богомолье" тоже очень атмосферное произведение.

Не говоря слова о Собянине - интересно как дама оценивала деятельность москвичей Попова и Лужкова?

Edited at 2016-12-05 01:26 pm (UTC)

Полагаю, что далеко не лучшим образом. Собянинские "улучшения", видимо, стали последней каплей.

И что же будет?

Алексей, тут немного сгущены краски и эмоции, конечно! Чудес не бывает. Без развития и движения вперед жизнь невозможна. В т.ч. и жизнь города. Ну только представьте себе на одну минуту Булгаровскую Москву и современный трафик и ритм жизни. Кто бы куда успел. Кто бы стал делать бизнес в городе из прошлого века?! Да и удел "столиц", тут уж тоже как ни крути...
Но, если по человечески, то мне Москва двадцатилетней давности (когда я только сюда переехал) тоже чуть больше нравилась.

Ну да, ну да...

(Deleted comment)
(Deleted comment)
Да, мой город тяжело болен.

или один из его граждан болен.Или два))

Это зрада или перемога?
Ваша то какая?.Из 90-ых? Видал такую.

Здравствуйте! Ваша запись попала в топ-25 популярных записей LiveJournal центрального региона. Подробнее о рейтинге читайте в Справке.

"в Москве говорят "булоШная"... фу
Это не в Москве так говорят, это она так говорит

Вот здесь соглашусь - так чаще говорят в Петербурге.

Edited at 2016-12-05 03:15 pm (UTC)

Это называется "внутренняя эмиграция".
Спасибо за текст. Но ведь многим все это нравится...

Спасибо, что оценили.

с душой написано.

на фото почти Европа

Я тоже подписываюсь. Тоже выросла на Арбате. И мне как раз было лет 8, когда его делали пешеходным... Сейчас там как будто нет души. Бродила там как-то, даже воспоминания повспоминать негде :((

Очень умилило про самокатики. "Ах, нет ОТ, поедем на самокате". Интересно, девушка не пробовала на самокатике километров по сто каждый день в любую погоду?
И про сыр феерично.

с датами путается тётя.
Арбат сделали пешеходным в 82 году.
И он, блять, не Старый, он Арбат.
Как такое может писать человек с Арбата?

Мне 38, я уже ходила в школу по пешеходному Арбату.

В остальном да, Собянин не друг нам, а враг.

"Старый Арбат" меня тоже ужасно раздражает. Кстати, окончательно пешеходным он стал всё же в 1986 году.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account